12:21 26 Июля 2016
Прямой эфир
АНАЛИТИКА

Почему поездке Путина в Нормандию придается столь большое значение

АНАЛИТИКА
Получить короткую ссылку
400

Это первая встреча российского президента с его западными коллегами после присоединения Крыма. Может быть, следующей такой оказии придется ждать еще очень долго, сказал Лукьянов

БАКУ, 6 июн – Новости-Азербайджан. На полях торжественных мероприятий, приуроченных к 70-й годовщине высадки союзников в Нормандии, президент России Владимир Путин проведет несколько встреч с западными коллегами. О том, будут ли на них приняты судьбоносные решения и как простые французы относятся к российскому лидеру, «Ленте.ру» рассказал председатель Совета по внешней и оборонной политике (СВОП) Федор Лукьянов.

Федор Александрович, складывается впечатление, что сами торжества в Нормандии всех сейчас интересуют гораздо меньше, чем встреча мировых лидеров, которая там произойдет. Почему так?

Лукьянов: Этот ажиотаж понятен, но, в общем-то, не обоснован. В прессе то называют мероприятия в Нормандии «переговорами», то начинают рассуждать о том, возможен ли серьезный прорыв во время встречи лидеров. Но надо понимать, что торжества в Нормандии — это не саммит. На полях таких мероприятий политики могут проводить неформальные встречи, если захотят. Однако собираются они вовсе не для того, чтобы обсуждать глобальные вопросы.

Тогда почему столько внимания уделяется присутствию Владимира Путина на церемонии?

Это действительно важно, поскольку это первая встреча российского президента с его западными коллегами после присоединения Крыма. Может быть, следующей такой оказии придется ждать еще очень долго: официальных визитов в нынешней обстановке организовывать никто не хочет, а других памятных дат, с сопутствующими им кулуарными встречами не предвидится. Поэтому на полях торжеств в Нормандии обязательно состоится несколько бесед Путина с прочими лидерами. Но целью этих разговоров будет не поиск каких-то прорывных решений, а скорее попытка зафиксировать статус-кво, чтобы конфронтация не усугублялась. В дальнейшей эскалации конфликта сегодня не заинтересован никто. Россия не хочет давать новые поводы для дискуссии о дополнительных санкциях. А Европа явно всеми силами старается затормозить этот процесс, учитывая, что санкции наносят урон и ее интересам.

Беседа с кем из приглашенных на торжества может стать самой важной?

С недавно избранным президентом Украины Петром Порошенко. Если они действительно встретятся, это будет главное событие. Судя по заявлениям Путина, он не против такого контакта. Естественно, даже если президенты России и Украины просто перекинутся парой фраз, это будет расценено как признание Москвой Порошенко законным украинским лидером. Я не думаю, что между ними может состояться какой-то содержательный разговор. Но это пока и не нужно, главное — просто показать, что Путин готов к диалогу с Порошенко.

Учитывая накал страстей, могли ли Путина не пригласить на торжества во Франции?

Позвали его туда еще до украинского кризиса, поскольку сами мероприятия были запланированы давно. Теоретически приглашение, конечно, могли и отозвать. Но это был бы жесточайший демарш. Учитывая роль СССР во Второй мировой войне, отказать в участии лидеру страны — правоприемницы Советского Союза, было бы все равно, что дать пощечину. Так что об этом даже речи не было. А уж общаться с Путиным или нет — это личное дело каждого из участников мероприятия.

Заранее было объявлено, что Путин встретится с Ангелой Меркель, Франсуа Олландом и Дэвидом Кэмероном. Почему именно с ними?

Олланд — это хозяин мероприятия. Меркель — главный политик Европы. Плюс у России и Германии настолько тесные экономические связи, что как бы Москва и Берлин ни относились друг к другу, а сейчас эти отношения не очень теплые, прекратить диалог они не могут. Что же касается Кэмерона, то Британия — это все-таки одна из главных европейских стран, хотя ее голос по украинскому вопросу и звучит тихо, а политика явно не самостоятельна.

При этом сразу было понятно, что не будет встречи с канадским лидером, поскольку Оттава заняла по Украине предельно жесткую позицию. Это связано с наличием в Канаде крупной украинской диаспоры.

Бывало ли когда-нибудь в прошлом, чтобы вот в таком формате — на полях подобных мероприятий — принимались важные решения или удавалось договориться о чем-то существенном?

Нет, решения никогда не принимались, потому что формат встреч для этого абсолютно неподходящий. Еще раз подчеркну: это не переговоры. Но в то же время можно вспомнить ситуацию, имевшую место осенью прошлого года на форуме «Большой двадцатки» в Петербурге. Накануне саммита Барак Обама отменил визит в Москву. И как таковая встреча российского и американского лидеров не планировалась. В итоге они пообщались буквально 15 минут за ужином. Но, видимо, этот разговор был достаточно содержательным, потому что вскоре после него Россия выступила с инициативой по поводу уничтожения сирийского химоружия. О чем говорили Обама и Путин и затрагивали ли они эту тему вообще, доподлинно неизвестно. Но, судя по тому, насколько быстро удалось договориться об условиях вывоза и уничтожения оружия массового уничтожения, вероятно, в общих чертах этот план в Питере обсудили.

Накануне поездки в Нормандию Путин дал интервью французским журналистам. Они потом рассказали, что российский лидер произвел на них впечатление уверенного в себе человека, не боящегося острых вопросов. А как к Путину относятся простые французы?

Общественное мнение во Франции, как и в целом в Европе, очень негативное. Все опросы фиксируют рост подозрительности и неприязни к России в целом и к Путину в частности. Но при этом мне от многих и совершенно разных людей во Франции и Германии доводилось слышать, что население этих стран не в восторге от того, как их правительства ведут себя, когда речь касается Украины. Это высказывания в стиле: «Зачем мы туда лезем? Нас это не касается. Портить из-за этого отношения с Россией глупо». Я не знаю, насколько распространены такие настроения, статистики на этот счет я не видел. Но то, что так думают многие, — факт.

Что же касается лично Путина, то на Западе он стал главным российским брендом. Не знаю, хорошо это или плохо, но для европейцев и американцев Путин — это олицетворение всей России. Его считают представителем враждебной Западу силы. Но при этом считают личностью крайне могущественной и масштабной. Демонизацию образа Путина долго подпитывали СМИ, но теперь она идет сама собой. Резюмируя, можно сказать, что Путина не любят, боятся, но уважают.


Loading...